Exhibitions-projects

«Корпоративное коллекционирование мы рассматриваем как вклад в развитие современного искусства»

Марина Ситнина, корпоративный директор художественной коллекции Газпромбанка, рассказала корреспонденту сайта Elizabeth Xi Bauer о том, зачем банк собирает искусство

 

Что стало для Газпромбанка стимулом к созданию корпоративной коллекции?


Банк традиционно играет большую роль в поддержке культуры, мы всегда видели свою миссию в том, чтобы не только производить добавочную стоимость в экономическом смысле, но и создавать «духовную», реализуя культурные проекты, оказывая поддержку музеям и различным культурным инициативам. Корпоративное коллекционирование мы также рассматриваем как наш посильный вклад в развитие современного искусства, в создание культурного наследия завтрашней России.

А экспертизу в этой области мы приобрели в процессе формирования услуги по финансовому консультированию наших клиентов в сфере альтернативных инвестиций, в частности – на арт-рынке, с привлечением экспертов по различным направлениям искусства.

 

Все корпоративные коллекции в России принадлежат банкам. Как вы думаете, почему? Считаете ли вы, что банки в первую очередь должны быть социально ответственны?


Казалось бы, банки не ближе к искусству, чем другие компании. С другой стороны, основоположником корпоративного коллекционирования можно считать один из старейших в мире банков - Монте деи Паски, который первым «продюсировал произведение» для себя: в XV веке заказал фреску «Мадонна милосердия» художнику Бенвенуто ди Джованни. Также сразу вспоминается деятельность банковского дома Медичи.

Не знаю, почему банки, но исторически именно так сложилось.

 

Александр Повзнер. «Звезда».2012.

Где располагается коллекция Газпромбанка? Открыта ли она для сотрудников и клиентов банка?


Коллекция частично находится в наших офисах. Сотрудникам, которые проявляют интерес к концептуальному искусству и коллекции банка, мы с удовольствием предоставляем произведения для временного экспонирования на рабочих местах. Значительная часть произведений находится в специально созданном нами хранилище, которое соответствует самым высоким стандартам хранения. К сожалению, пока нет возможности открыть коллекцию для широкого зрителя, прежде всего потому, что нет подходящих помещений для постоянного показа экспозиции. Оно уже сегодня должно быть не менее тысячи метров, чтобы ее вместить. А ведь коллекция еще находится в активной фазе формирования. Разумеется, как наверное любая корпорация, мы мечтаем о том, что когда-нибудь у нас будет свой корпоративный музей. А пока показываем работы из коллекции на различных выставках и проводим собственные - с привлечением российских и международных кураторов.

 

Есть ли какие-либо ограничения в приобретении работ в коллекцию? Финансовые, идеологические или другие?


Конечно, корпоративное коллекционирование имеет свою специфику. Это частный коллекционер может позволить себе приобрести и повесить у себя любое произведение, у него нет никаких ограничений кроме вкусовых – мы же должны понимать, что произведения предполагают в том числе экспонирование в офисе. Поэтому мы стараемся избегать приобретения работ, в которых содержатся откровенные сцены секса и насилия.

 

Можете ли вы продавать работы из коллекции?


Теоретически да. Никакого запрета на продажу работ нет. Мы еще этого не делали, но я вполне допускаю, что однажды мы сможем продать некоторые работы для приобретения новых. Я уже сейчас вижу, что, в силу обстоятельств, некоторые работы у нас дублируют друг друга, поэтому со временем мы можем задуматься об их продаже в пользу приобретения других произведений.


Александр Гронский. «Южное Тушино» из серии «Граница». 2009.

Какие плюсы для компании вы находите в корпоративном коллекционировании и работе с коллекцией?


У любой компании – своя корпоративная культура и, если она не ограничивается чисто деловым контекстом, а рассматривается шире, то можно говорить о создании особого мироощущения. Искусство на стенах офиса может стимулировать воображение и даже творческую активность, оно помогает налаживанию внутриофисных контактов, созданию ощущения стабильности- работы в компании, которая может позволить себе вкладывать в будущее, уделять время и внимание общественно-значимым, а не только финансово-экономическим вопросам. Создается ощущение сопричастности к общей культуре…

В создание коллекции мы вкладываем опыт, знания и средства, следуем четко определенной стратегии и, в итоге, коллекция наращивает свою значимость и стоимость. Существует известная максима: не всякий инвестор в искусство – коллекционер, но любой серьезный коллекционер в итоге оказывается хорошим инвестором. С этой точки зрения можно смотреть на коллекцию как на актив, но в общих масштабах банка эта инвестиция значима скорее в социальном плане, как инвестиция в культуру.

 

Расскажите немного о вашем сотрудничестве с культурными институциями.


Оно обширно и разнообразно – мы сотрудничаем с государственными и частными музеями в России и за рубежом, с галереями и культурными институциями в регионах, с ярмарками и биеннале – в том числе международными, предоставляя произведения для экспонирования и реализуя собственные выставочные проекты.

Недавно мы осуществили совместный проект с Объединением музеев в Болонье (MAMbo). В одном из них проходила выставка авангарда из коллекции Государственного Русского музея, приуроченная к столетию октябрьской революции. К нам обратились представители музея современного искусства Болоньи с предложением показать актуальное русское искусство в своего рода «диалоге» с русским авангардом. Для выставки международными кураторами было отобрано около 300 работ из нашей коллекции. Интересно, что в каталоге выставки они предоставили слово самим художникам, которые рассказали о себе, о своих проектах, о своем сегодняшнем видении мира, о взаимодействии со своими историческими предшественниками. Таким образом, вместо академического каталога с традиционными описаниями и систематизациями, получился очень живой и необычный.

 

Каковы ваши дальнейшие планы по работе с коллекцией?


Продолжить активную работу. Мы занимаемся продвижением произведений художников, участвуем в выставочных и издательских проектах. Недавно мы запустили англо-русский сайт коллекции, стремясь донести информацию о ней, о наших современных художниках до максимально широкой аудитории.

Важным аспектом нашей деятельности является продюсирование работ. Современное искусство в силу разнообразия материалов и техник зачастую имеет гораздо более высокую себестоимость создания, нежели традиционное, и художник иногда не может создать произведение просто потому, что у него нет на это средств. Мы помогаем художникам реализовывать свои замыслы. В качестве примера можно привести работу известной видео-художницы Таус Махачевой, которой мы помогли создать произведения для Венецианской и Ливерпульской биеннале. Мы стараемся предоставлять художникам возможность показывать свои произведения в международных выставочных проектах, а также сохранять для истории целостные произведения – для этого мы стремимся покупать не отдельные вещи, а цельные проекты – так, как они были показаны на выставках.

 Сергей Ануфриев. Из серии «Паруса». 1999.

 

Зачем, на ваш взгляд, нужно искусство? Почему компании, фонды, музеи инвестируют в искусство?


Я думаю, что все то, что отличает человека от животного, все то, что сделало нас людьми, находится в сфере духовности, в которой литература и искусство играют огромную роль. Можно много говорить, о том, что искусство преобразует мир или оно призвано отражать мир, или его других функциях и значениях, но, я думаю, что первое и главное, чему служит искусство – это формирование духовности. Мораль и этика – несомненные производные от духовности. А без них ни человек, ни корпорация существовать в современном мире не могут.

 

Почему, по Вашему мнению, в России так мало корпоративных коллекций? Ведь в мире искусство (а отсюда и корпоративное коллекционирование) очень популярно.


Я считаю, что это связано с тем, что бизнес в России молод, ему нет и 30 лет. Поэтому сравнивать количество корпоративных коллекций у нас и на Западе будет некорректно. Во времена Советского Союза существовали прообразы корпоративных коллекций, но это, как правило, была меморабилия. То есть коллекции были не столько связаны с искусством, сколько посвящены истории производимого продукта или деятельности компании.

В 90-е годы в России возникла первая волна коллекционирования, но эта волна, кстати, как и во всем мире, захлебнулась с наступлением экономического кризиса. Из-за кризиса первые российские банки-коллекционеры – Инкомбанк, Столичный – вынуждены были прекратить свою деятельность.

Кроме того, есть некоторые проблемы, связанные с особенностями Российского законодательства: у нас не предусмотрено налоговых льгот корпоративным коллекционерам. Однако я считаю, что у корпоративного коллекционирования в России все еще впереди, процесс идет.

 

Какой совет вы бы дали российским компаниям, которые находятся на начальном этапе создания корпоративной коллекции искусства?


Изучать мировой опыт, теорию и практику корпоративного коллекционирования. Существует очень много серьезных проблем, связанных с каталогизацией, хранением, учетом, реставрацией произведений, к которым нужно подходить профессионально. Не говоря уже о многочисленных юридических вопросах, связанных с приобретением произведений, прав на их экспонирование и т.д.